Психотики: Кто такие психотики, пограничники и невротики

Невротики, психотики, пограничные. Типология личности. , Психология – Гештальт Клуб

Мне кажется, из детства я выехал, а вот до пункта назначения — «взрослости» — не добрался. Так и живу в автобусе” (Эльчин Сафарли)

 

Кто такой невротик и кто такой психотик?

Простыми словами, невротик – это человек, которому самому с собой и от всего плохо. Этим невротик отличается от психотика, которому часто хорошо, но с которым плохо окружающим.

Невротика характеризует эмоциональная нестабильность, с доминирующей «негативной» окраской. Обычное состояние – неуверенность в себе и своих силах, переживания, страхи, недоверие к людям, а в результате этого зацикленность на себе и склонность то к обвинениям, то к самообвинениям.

 

В легкой форме (невротизм) человек испытывает внутренний дискомфорт при внешнем благополучии и хорошей адаптации в социуме (в этом случае человек считается здоровым). В тяжелой форме (невроз) человек уже болен, его состояние характеризуется астеническими, навязчивыми и/или истерическими проявлениями, а также временным снижением умственной и физической работоспособности.

Чем выше уровень невротизма, тем ниже способность учиться на опыте, сложнее преодолевать страхи и прекратить деятельность, разрушительность и неразумность которой очевидна.

В свою очередь «психоз» с медицинской точки зрения означает серьезное психическое расстройство. К психозам можно отнести те заболевания, которые нередко сопровождаются изменением сознания, отсутствием критики к себе или к окружающему. В частности, делирий — расстройство сознания, обычно характеризующееся обильными зрительными галлюцинациями; онейроид — состояние сознания, напоминающее сон, нередко фантастического содержания с ложными галлюцинациями, бредом феноменами; аменцию — спутанное состояние сознания с растерянностью, беспорядочным мышлением (в отличие от делирия аменция может продолжаться несколько недель и даже месяцев) ; сумеречное состояние сознания — более или менее выраженное сужение поля сознания, возникающее при эпилепсии или истерии. Следует отметить, что любой бред и галлюцинации также свидетельствуют о наличие психоза.

Согласно Ненси Мак Вильямс, на работе которой базируется данная статья, личность может быть невротического, пограничного и психотического уровня. Есть и условно «здоровые» (хотя как звучит старая шутка: здоровых людей нет – есть не обследованные). И все же в диапазоне «здоровый»-невротик можно нормально жить: иметь более-менее реалистичный образ себя, достаточно устойчивую самооценку, быть адаптированным в социуме и способным выстраивать и поддерживать близкие отношения.

Представленные ниже типы личности в первую очередь рассматриваются в клинической картине, однако выраженность отдельного психотипа может быть представлена на разном уровне: от невротичного до психотического. Кроме того, у одного человека могут проявляться выраженность нескольких типов.

Формирование определенного психотипа – всегда сочетание нескольких факторов: генетического, социального, фактора семейного воспитания (и поведения самих родителей), определенной свободы выбора, проявляемой уже в детском возрасте в способе реагирования на определенные стимулы и обстоятельства.

 

1. Антисоциальный (психопатический) тип личности

Характерные проявления:

Агрессивность (повышенная врожденная агрессивность)

Ярость

Импульсивность (немедленное отыгрывание своих эмоциональных состояний)

Высокий порог (более высокий, чем в среднем), приносящий удовольствие от возбуждения. («В то время как большинство из нас испытывают эмоциональное удовлетворение от хорошей музыки, сексуальных отношений, красоты природы, умной шутки или хорошо сделанной работы, психопат нуждается в резком, более “встряхивающем” опыте для того, чтобы чувствовать себя бодро и хорошо»).

Грандиозное стремление избежать переживания слабости и зависти.

Диссоциация личной ответственности (непринятие своей ответственности).

Низкий социальный (эмоциональный) интеллект: лишены эмпатии и не умеют говорить о своих чувствах

Низкая социальная обучаемость

Неспособность к эмоциональной близости

Ведущие защитные механизмы:

Вытестнение

Проекция

Предпосылки формирования антисоциального типа личности:

Детство антисоциальных людей нередко отличается нестабильностью, обилием опасностей и хаоса, а также хаотической смесью суровой дисциплины и сверхпотворства. Чаще всего наличие слабых, депрессивных и мазохистичных матерей и вспыльчивых, непоследовательных и садистических отцов, а также алкоголизм и применение наркотиков членами семьи. Частыми являются паттерны переездов, потерь, семейных разрывов. Отсутствие ощущения силы в те моменты развития, когда оно необходимо, может принудить детей с подобным затруднением потратить большую часть жизни на поиск подтверждения их всемогущества.

Психопатические люди не могут признать в себе наличие обычных эмоций, так как они ассоциируются со слабостью и уязвимостью. Для их индивидуальных историй характерен факт, что в детстве никто не пытался помочь им, предложив слова для их эмоциональных переживаний. В то время как большинство из нас использует слова для выражения собственной личности, психопатические люди применяют их для манипуляции. Клинические наблюдения подтверждают тот факт, что в их семьях не делалось акцента на экспрессивных и коммуникативных функциях языка; вместо этого, слова использовались для того, чтобы контролировать других.

Кроме того, психопатия может быть “унаследована”: ребенок повторяет защитные решения своих родителей.

Чаще индивиды антисоциального (психопатийного) типа – мужчины.

Психотерапевтическая стратегия*

Реалистичное понимание того, что некоторые социопатические индивиды настолько ущербны, опасны и полны стремления к разрушению целей терапевта, что психотерапия может быть лишь тщетным и наивным упражнением. Соответственно, особенно тщательная оценка того факта, является ли тот или иной психопатический пациент пригодным для лечения/коррекции.

Твердость контракта.

Ненужность проявления эмпатии.

Усвоение терапевтом позиции “граничащей с безразличием независимой силы”.

* ОБЩИМИ ЦЕЛЯМИ ДЛЯ ВСЕХ ПАЦИЕНТОВ/КЛИЕНТОВ ЯВЛЯЮТСЯ ЦЕЛИ ПОНИМАНИЯ НА ГЛУБИННОМ УРОВНЕ, ДОВЕДЕНИЕ ДО ОСОЗНАНИЯ НЕИЗВЕСТНЫХ АСПЕКТОВ СОБСТВЕННОГО “Я” И СПОСОБСТВОВАНИЕ НАИБОЛЬШЕМУ ВОЗМОЖНОМУ ПРИНЯТИЮ ЧЕЛОВЕЧЕСКОЙ ПРИРОДЫ.

 

2. Нарциссический тип личности

Нарциссизм – как нормальный, так и патологический – является темой, которой Фрейд (1914) периодически уделял внимание, позаимствовал данный термин из греческого мифа о Нарциссе, юноше, который влюбился в свое отражение в зеркале воды и в конце концов умер от тоски, которую его отражение никогда не могло бы удовлетворить. Однако в то время, когда Фрейд писал свои труды, проблемы нарциссизма не носили такого характера эпидемии, какой они имеют сегодня. “Имидж” заменяет сущность, и то, что Юнг (Jung, 1945) назвал персоной(представление себя внешнему миру), становится более живым и надежным, чем действительная личность.

 

Характерные проявления:

Нестабильная самооценка, сомнения в себе и хрупкая самоидентичность

Склонность к осуждению (себя и других) и оцениванию

Внутреннее чувство или страх, что они “не подходят”; чувство стыда, слабости и своего низкого положения

Невыносимость критики, особенно публичной

Полярности Эго-состояний: грандиозное (все хорошо) или, наоборот, истощенное (все плохо) восприятие собственного “Я”.

Чувство смутной фальши, стыда, зависти, пустоты или незавершенности, уродства и неполноценности или их компенсаторные противоположности – самоутверждение, чувство собственного достоинства, презрение, защитная самодостаточность, тщеславие и превосходство.

Перфексионизм и максимализм (и соответственно, трудности компромисса)

Ипохондричность (озабоченность своим здоровьем и болезненный страх смерти)

Ведущие защитные механизмы:

Идеализация – Обесценивание

Вытеснение

Предпосылки формирования нарциссического типа личности (аспекты детства):

Нарциссические личности могут (могли) оказаться чрезвычайно важными для родителей или других заботящихся о них лиц не благодаря тому, кем они в действительности являются, а потому, что выполняют некую функцию. Противоречивое послание о том, что его высоко ценят (но только за ту особую роль, которую он играет), заставляет ребенка чувствовать: если его настоящие чувства – в особенности враждебные и эгоистические – обнаружатся, за этим последует отвержение или унижение. Это способствует развитию “ложного Я” (Winnicott, 1960) – представления другим только того приемлемого, чему он научился.

Родственным аспектом воспитания людей, ставших впоследствии нарциссическими, является атмосфера постоянного оценивания в семье. Если на ребенка делается ставка как на жизненно важный объект, необходимый для собственной самооценки, то всякий раз, когда ребенок разочаровывает, его будут прямо или косвенно критиковать.

Психотерапевтическая стратегия:

Доведение до клиента следующего обстоятельства: принимать людей не осуждая и не используя, любить не идеализируя, выражать подлинные чувства без стыда – это хорошо.

Помогать нарциссической личности достигнуть принятия себя без раздувания (инфляции) собственного “Я” или без принижения других.

Увеличивать осознание и честность нарциссического пациента/клиента относительно природы его поведения, не стимулируя при этом сильный стыд, потому что пациент или захочет прекратить терапию, или же будет иметь секреты от терапевта.

Проявлять терпение и неосуждающее, реалистичное отношение к хрупкости пациента/клиента.

3. Шизоидный тип личности

Характерные проявления:

Врожденная повышенная сензитивность (чувствительность), сопутствующее избегание стимуляции

Интровертность, часто самоизолируются и проводят длительное время в раздумьях, может быть даже навязчивых, о главных вопросах в их фантазируемой жизни. Однако при собственной закрытости часто проявляет интерес к окружающему.

Имея конфликт, касающийся близости-дистанции, шизоидные люди выбирают второе, несмотря на свое одиночество, так как близость для них ассоциирована со вредным влиянием на собственное “Я”.

Болезненное чувство отчуждения, из-за их конфликта, связанного с близостью, проявляют бесчувствие, одеревенелость и отвечают на проблемы интеллектуализацией

Высокая креативность (творческие способности)

Амбивалентность по поводу привязанности: страстно жаждут близости, хотя и ощущают постоянную угрозу поглощения другими.

Низкий иммунитет

Ведущие защитные механизмы:

Отмечается недостаточность общих психологических защит (что сказывается на сверхчувствительности)

Уход в фантазии

Проекция

 

Предпосылки формирования шизоидного типа личности:

Одним типом отношений, который, возможно, провоцирует избегание у ребенка, является покушающийся, сверхвовлеченный, сверхзаботливый тип воспитания. Шизоидный мужчина с удушающей матерью – вот что составляет главную тему популярной литературы. Клиницисты, наблюдающие пациентов-мужчин с шизоидными чертами, также, как правило, обнаруживают в семейном основании соблазнительную нарушающую границы мать и нетерпеливого, критикующего отца.

Развитию шизоидного паттерна отстраненности и ухода, возможно, способствует не только уровень, но и содержание родительской вовлеченности. Многие наблюдатели семей тех пациентов, у которых развился шизофренический психоз, подчеркивали роль противоречивых и дезориентирующих коммуникаций. Ребенку, находящемуся в ситуации двойного зажима и эмоционально фальшивых сообщений, легко стать зависимым от ухода, чтобы защитить свое собственное “Я” от непереносимого уровня гнева и сомнений. Он может также ощущать глубокую безнадежность. Подобное отношение нередко отмечается у шизоидных пациентов (Giovacchini, 1979).

Психотерапевтическая стратегия:

Важно оценить возможность психотического процесса; с пациентами, представляющими шизоидный тип, правомерны вопросы о галлюцинациях и иллюзиях, обратить внимание на присутствие или отсутствие нарушенного мышления, оценить способности пациента отличать идеи от действий и в случае затруднений применить психологические тесты. Ошибочная оценка шизофренического пациента как непсихотической шизоидной личности может очень дорого обойтись, но настолько же ошибочно было бы решить, что пациент имеет риск декомпенсации только потому, что он обладает шизоидным характером.

Терапевт должен иметь в виду, что отстраненность шизоидного пациента представляет собой распознаваемую защиту, а не непреодолимый барьер для отношений.

На ранних фазах терапии следует избегать интерпретаций, т.к. пациент испытывает страх подвергнуться вторжению. Комментарии и случайные реакции могут быть благодарно приняты, но попытки добиться от шизоидного пациента больше того, что он выражает, приведут его в замешательство, вызовут противодействие и усилят тенденцию к уходу.

Существенным достижением психотерапии может стать распространение (генерализация) на весь внешний мир достигнутой шизоидным пациентом безопасной интимности с терапевтом.

Максимальное самоосознавание у терапевта, аутентичность, нормализацию и готовность использовать свою собственную “реальную” личность.

 

4 . Параноидальный тип личности

Характерные признаки:

Подозрительность, недоверчивость

Отсутствие чувства юмора

Эгоцентричность (зацикленность на себе, все случающееся имеет к ним отношение)

Чувство собственной грандиозности (но отсюда и чувство вины: Если я всемогущ, то все неприятные вещи означают мой провал).

Сложной и мучительной проблемой для многих параноидных личностей является сочетание неясности своей сексуальной идентификации, тяги к однополой близости и связанная с этим озабоченность гомосексуальностью.

Чувство изолированности и одиночества (нет друзей, и если дружат, то чаще «против кого-то»)

Борьба не только с гневом, негодованием, мстительностью и другими более враждебными чувствами, но, кроме того, они страдают от подавляющего страха, чувства стыда, вины и зависти (последние часто всего проживаются в виде проекции, приписывания их другим людям: «Все так и бросаются на меня из-за моих качеств, которым завидуют»)

Запутаны относительно того, где кончаются мысли и начинаются действия. Угрозы – их план действий.

Крайне ревнивы и могут постоянно «проверять партнера», поскольку боятся предательства и везде его видят

Есть телесные зажимы

Не умеют отдыхать и расслабляться

Всегда есть конкретные фигуры, на которые направлено их раздражение

Ненасытная потребность переделывать, наказывать, критиковать других. Активны в своих претензиях

Вся жизнь в борьбе. Провоцирование агресси

Пограничники, невротики, психотики — Ботинок и карандаш

«Невротик», «пограничник» и «психотик» — три термина, которые постоянно встречаются в обсуждении ментального здоровья и околопсихологическом дискурсе. Не скажу, что мне очень нравится разделение людей по этим категориям, но иногда оно бывает полезным. 

Основной проблемой этой классификации мне видится некое «размывание» этих терминов: «невротик» в понимании ортодоксального психоаналитика и психиатра — это далеко не тождественные понятия. С «пограничником» и «психотиком» — то же самое. 

Хуже того, мой личный взгляд на это всё отличается от известных мне точек зрения, поэтому хочу предупредить читателя о том, что далее изложена субъективная и, возможно, неверная точка зрения на проблему. 

За более рассмотрением вопроса отправляю любопытного читателя к трудам Мак-Вильямс, Кернберга или хотя бы словарику Стоимёнова. 

Люди очень любят классифицировать друг друга — всякими разными способами. И часто это действительно оправдано: повесил на человека подходящий ярлык, и притягиваешь привязанный к этому ярлыку контекст: прогностические модели, инструменты воздействия и т.д. — красота! 

Это экономит мышление и повышает производительность труда: можно быстрее сориентироваться и меньше ошибок в работе совершить, опираясь на труды сильно более компетентных специалистов, чем ты сам. 

Классификации по уровню организации здесь ничем не отличается в этом отношении от любой другой классификации человеческих особей — существуют гайды по работе с каждым из этих типов, бери и пользуйся. И это — прекрасно. 

Только, вот, как обычно, Баба-Яга — против. Но прежде, чем, говорить о возражениях, давайте немного рассмотрим контекст. 

Забьём на Фрейда, который называл невротиком всех, кто не шизофреник и не органик, забьём и на Кернберга, который люто задрачивался в пограничников. Перейдём сразу к Нэнси-наше-всё-МакВильямс. 

Она говорит, что, во-первых, это не три какие-то изолированные точки, а некий непрерывный континуум: внутри каждой категории могут быть градации: бывают, например, высокофункциональные пограничники, которых не так-то просто отличить от невротиков, а бывают низкофункциональные, которых и с психотиком спутать не грех. 

Думаю, здесь следует сказать, что вынесенный в подзаголовок способ перечисления рассматриваемых категорий не случаен: считается, что они идут здесь в порядке от «менее здоровых» к «более здоровым» (что бы мы ни понимали под психическим здоровьем).

Хотя это и не заслуга лично Нэнси, я люблю её за то, что она очень сильно педалирует эту самую непрерывность и нетождественность степени нарушенности в рамках одной категории. Об этой непрерывности и «размазанности» следует помнить далее — при рассмотрении каждой из категорий. 

А пока просто скажу о том, на основе каких признаков вообще производится процедура классификации: 

1. Тестирование реальности. Здесь предполагается, что есть некая Объективная Реальность™ (лол, но допустим). Так вот, степень адекватности (т.е. согласованности с количественно превосходящей нормой), с которой человек эту самую реальность воспринимает — это первый признак, по которому его потом причислят к той или иной категории в рамках рассматриваемой классификации. 

Грубо говоря, если для него министр, вещающий из телевизора, просто пиарится / хайпит / вдалбывает линию Партии, то тестирование реальности не нарушено (записываем в «невротики»). Если тот же министр передаёт лично ему, скромному сисадмину, тайные знаки о вторжении инопланетян, увы, наш условный Вася попадёт в категорию «психотиков». Если же что-то промежуточное (пограничное), например, приветов он не передаёт, сам по себе является воплощением порока — запишем в «пограничники».

2. Набор используемых психических защит. Здесь всё просто: все защиты поделили на примитивные и высшего порядка (по времени возникновения в онтогенезе: сначала у ребёнка включаются примитивные защиты вроде примитивной изоляции или всемогущего контроля, потом — всякие продвинутые штуки типа интеллектуализации или рационализации). Далее умные дядьки и тётьки постулировали, что у психотиков преобладают примитивные защиты, у невротиков — зрелые, а у пограничников понамешано (впрочем, как обычно).

3. Сила Эго. Заметили, как быстро я скатился в психодинамику? Всё просто: сама классификация была разработана аналитиками, и хотя её и приняли в достаточно большой степени некоторые психиатры, уши(?) Фрейда с Кернбергом торчат очень заметно.

Так вот, отвлёкся, простите. Эго — это такая штуковина в психике, которая призвана решать конфликт между «я хочу» и «я могу». Решать она может его по-разному: найти способ совмещения желаемого с возможным («я хочу есть, у меня есть колбаса, я ем»), найти способ избежать фрустрации интрапсихическими средствами («я хочу есть, колбасы нет, но только лохи едят колбасу, поэтому я не голоден, а принципиален») или даже простроить долгосрочную стратегию достижения желаемого («я хочу есть, поэтому напишу пост, он привлечёт клиента, я с ним поработаю, схожу в магазин, куплю колбасу — profit!»). 

И снова здесь всё по нарастающей: у невротика Эго сильное, оно умеет находить эффективные стратегии удовлетворения в рамках той самой [предполагаемой] Объективной Реальности™, у психотика оно слабое, и достраивает реальность под желания (тут стоить вспомнить поиск СПГС аналитиков на тему скрытого значения галлюцинаций и бреда). А пограничники? Догадались? Правильно, как обычно — где-то между.

Вот на основании этих трёх нехитрых и непроверяемых критериев и выделяются ядра кластеров — психотического, пограничного и невротического. 

Есть ещё одна интересная штуковина — фундаментальные заморочки каждого типа, вокруг которых строится всё (буквально всё) в психической жизни. 

Для психотика это можно сформулировать в виде вопроса «Существую ли я и мир вокруг меня?». Причём это проживается не как некая философская или религиозная позиция, это ощущается именно как… Не знаю, как это описать, для меня это естественное состояние — даже сейчас, когда я набираю этот текст, у меня нет уверенности, что я его набираю (что это делаю «я», что именно это делается, что именно сейчас, а-а-а-а! Галоперидола мне!). 

Есть прекрасная частушка о том, как «Три танкиста / Били солипсиста / О броню машины головой». Так вот, здесь это не работает: предательские мысли о том, что никакой брони нет (на таблетках) или твёрдая уверенность, что это Орден Масонов проводит Обряд Посвящения в ложу Правителей Мира (без них) могут наблюдаться у психотика даже на фоне сильной физической боли. 

Для пограничника таким Основным Вопросом Существования является вопрос «Кто я?». Пограничник уже умеет в фундаментальную уверенность в своём собственном бытии и реальности окружающего мира, но кто же он такой — это то, что беспокоит его, осознаёт он это или нет. Кстати, именно по этой причине простое сообщение пограничнику о том, что он — пограничник уже само по себе имеет неплохой терапевтический эффект в целом ряде случаев. 

Невротик же заморочен более понятными вещами — «Что за фигня тут происходит, и как мне получить того, чего хочу?». Но пусть вас не обманет кажущаяся простота вопроса: невротик ставит его так, что это самое «чего хочу» постоянно убегает от него, как Черепаха от Ахилла в известной апории. 

Для меня — это лишь архетип: Будда, Христос, Мухаммед и Кришна — это те, кого можно было бы причислить к тем самым «здоровым людям», но есть проблема: они — фольклорные персонажи. Увы. 

«Обычных людей», не имеющих психических заболеваний, я отношу к категории высокофункциональных невротиков. 

Дело в том, что есть ряд тезисов относительно этих типов, с которыми я сильно не согласен. Часть этих разногласий хоть немного поддерживаются отдельными представителями мозгоправного сообщества, часть выглядит для него (а, возможно, и является) дикостью и проявлением невежества. 

Попробуем их немного разобрать.

1. «Движение возможно только влево, не вправо по этой оси: невротик может прогуляться на пограничный и даже психотический уровень, а психотик зайти в другие локации не способен принципиально». Не соглашусь, более того, имею наглость считать, что знаю инструменты для прогулок «вправо», но говорить откровенно о них в Интернете мне запрещает законодательство РФ.

2. «Прогресс в терапии — это движение вправо в рамках своего кластера». Тоже не согласен. Более того, все известные мне (из литературы или личных наблюдений) примеры действительно серьёзного прогресса — они через уход максимально влево, причём чем дальше влево — тем сильнее прогресс. Да, можно говорить о нерепрезентативности выборки, но у нас тут не научная статья, а запись в бложике, поэтому будет моё предвзятое мнение. 

3. «Степень социальной адаптации определяется уровнем организации личности». С одной стороны, да: сепульки такие сепульки (уровень определяется в т.ч. через степень согласованности картины мира субъекта с медианной в данном обществе). Да и способности к адаптации у пограничников и психотиков ниже, чем у невротиков по определению (см. абзац про «силу Эго»). 

Но чувствуется какой-то подвох в этом всём: хороший психотик, принимающий собственную упоротость и умеющий ловить в ней «ресурсы» (ещё одно странное словечко психологов) способен на многое. А уж про вошедших в раж пограничников я вообще молчу. 

Надеюсь, все умеют в сатиру, и никто не триггернётся, правда? И да простят меня пограничники — о них как-нибудь в другой раз.

4. «У психотиков — обязательно психоз, а у невротиков — невроз». Тоже не могу согласиться, высокофункциональные, талантливые психотики и пограничники вполне могут успешно убегать от попадания в психоз / развития ПРЛ всю свою жизнь.

Да, в принципе, ничего. Просто в работе приходится сталкиваться с клиентами, которые так сильно рвутся на невротический (или «ещё более невротический») уровень, что хочется взять и процитировать им пассаж-другой из Грофа или Юнга. И пофиг на доказательность.

Психотик — это… Что такое Психотик?

Психо́з — нарушение произвольной адаптации психической деятельности человека. Психотическое расстройство — это собирательное название группы разнородных психических расстройств, сопровождающихся продуктивной психопатологической симптоматикой — бредом, галлюцинациями, псевдогаллюцинациями, деперсонализацией, дереализацией и др.

Психозы классифицируют по их происхождению (этиологии) и причинам (патогенетическим механизмам развития) на эндогенные (в том числе к эндогенным психозам относятся шизофрения, шизоаффективное расстройство, психотические формы аффективных расстройств), органические, соматогенные, психогенные (реактивные, ситуационные), интоксикационные, абстинентные и постабстинентные.

Кроме того, психозы классифицируют по ведущей клинической картине, по преобладающей симптоматике (синдромальная классификация) на параноидальные, ипохондрические, депрессивные, маниакальные и др., включая комбинации (депрессивно-параноидный, депрессивно-ипохондрический и т. д.).

В быту психозом могут также называть любое отклонение поведения человека от того, что принято за норму в данном социуме.

Органические психозы

Список патологических состояний и заболеваний, при которых может, хотя бы иногда, наблюдаться психоз, обширен:

Нарушения электролитического баланса, такие как:

В психоанализе

С точки зрения Зигмунда Фрейда, психоз — это одна из трёх структур психического аппарата, наряду с неврозом и перверсией.

Первоначально Фрейд противопоставлял невроз и психоз, в статье 1923 года говоря, что «невроз — это результат конфликта между Я и Оно, тогда как психоз — это аналогичный исход такого же нарушения в отношениях между Я и внешним миром». Хотя уже в следующем 1924 году он писал, что «и невроз, и психоз — это выражение протеста Оно против внешнего мира». (См. его труд «Утрата реальности при неврозе и психозе»)

В последнее десятилетие своей работы Фрейд понял, что формирование психической структуры не так тривиально и не является производным просто от типа конфликта, а клинической опыт Фрейда привёл его к необходимости описания трёх психических структур, что он и сделал в 1938 году, говоря о трёх механизмах: отказе, отрицании и отбрасывании.

См. также

Примечания

  1. Lisanby, S. H.; C. Kohler, C. L. Swanson, and R. E. Gur (January 1998). «Psychosis Secondary to Brain Tumor». Seminars in clinical neuropsychiatry 3 (1): 12–22. PMID 10085187.
  2. McKeith, Ian G. (February 2002). «Dementia with Lewy bodies». British Journal of Psychiatry 180: 144–7. DOI:10.1192/bjp.180.2.144. PMID 11823325.
  3. Шаблон:Es icon Rodriguez Gomez, Diego; Elvira Gonzalez Vazquez and Óscar Perez Carral (August 16-31, 2005). «Psicosis aguda como inicio de esclerosis multiple / Acute psychosis as the presenting symptom of multiple sclerosis / Psicose aguda como inicio de esclerose multipla». Revista de Neurología 41 (4): 255–6. PMID 16075405. Проверено 2006-09-27.
  4. Bona, Joseph R.; Sondralyn M. Fackler, Morris J. Fendley and Charles B. Nemeroff (August 1998). «Neurosarcoidosis as a Cause of Refractory Psychosis: A Complicated Case Report». American Journal of Psychiatry 155 (8): 1106–8. PMID 9699702. Проверено 2006-09-29.
  5. Fallon BA, Nields JA (November 1994). «Lyme disease: a neuropsychiatric illness». Am J Psychiatry 151 (11): 1571–83. PMID 7943444.
  6. Hess A, Buchmann J, Zettl UK, et al (March 1999). «Borrelia burgdorferi central nervous system infection presenting as an organic schizophrenialike disorder». Biol. Psychiatry 45 (6): 795. DOI:10.1016/S0006-3223(98)00277-7. PMID 10188012.
  7. van den Bergen HA, Smith JP, van der Zwan A (October 1993). «[Lyme psychosis]» (in Dutch; Flemish). Ned Tijdschr Geneeskd 137 (41): 2098–100. PMID 8413733.
  8. Kararizou E, Mitsonis C, Dimopoulos N, Gkiatas K, Markou I, Kalfakis N (May-Jun 2006). «Psychosis or simply a new manifestation of neurosyphilis?». J. Int. Med. Res. 34 (3): 335–7. PMID 16866029.
  9. Brooke D, Jamie P, Slack R, Sulaiman M, Tyrer P (October 1987). «Neurosyphilis—a treatable psychosis». Br J Psychiatry 151: 556. DOI:10.1192/bjp.151.4.556. PMID 3447677.
  10. Lesser JM, Hughes S (December 2006). «Psychosis-related disturbances. Psychosis, agitation, and disinhibition in Alzheimer’s disease: definitions and treatment options». Geriatrics 61 (12): 14–20. PMID 17184138.
  11. Wedekind S (June 2005). «[Depressive syndrome, psychoses, dementia: frequent manifestations in Parkinson disease]» (in German). MMW Fortschr Med 147 (22): 11. PMID 15977623.
  12. Rossman, Phillip L.; Robert M. Vock (September 1956). «Postpartum Tetany and Psychosis Due to Hypocalcemia». California Medicine 85 (3): 190–3. PMID 13356186. Проверено 2006-10-16.
  13. Jana, D. K.; L. Romano-Jana (October 1973). «Hypernatremic psychosis in the elderly: case reports». Journal of the American Geriatrics Society 21 (10): 473–7. PMID 4729012.
  14. Haensch, C. A.; G. Hennen and J. Jorg (April 1996). «[Reversible exogenous psychosis in thiazide-induced hyponatremia of 97 mmol/l]». Der Nervenarzt 67 (4): 319–22. PMID 8684511.
  15. Hafez, H.; J. S. Strauss, M. D. Aronson, and C. Holt (June 1984). «Hypokalemia-induced psychosis in a chronic schizophrenic patient». Journal of Clinical Psychiatry 45 (6): 277–9. PMID 6725222.
  16. Konstantakos, Anastasios K.; Enrique Grisoni Hypomagnesemia. eMedicine. WebMD (May 25, 2006). Проверено October 16 2006.
  17. Velasco, P. Joel; Manoochehr Manshadi, Kevin Breen, and Steven Lippmann (December 1999). «Psychiatric Aspects of Parathyroid Disease». Psychosomatics 40 (6): 486–90. PMID 10581976. Проверено 2006-10-17.
  18. Rosenthal, M.; I. Gil and B. Habot (1997). «Primary hyperparathyroidism: neuropsychiatric manifestations and case report». Israel Journal of Psychiatry and Related Sciences 34 (2): 122–125. PMID 9231574.
  19. Nanji, A. A. (November 1984). «The psychiatric aspect of hypophosphatemia». Canadian Journal of Psychiatry 29 (7): 599–600. PMID 6391648.
  20. Шаблон:Cite online journal
  21. Robert, M.; R. Sunitha, and N. K. Thulaseedharan (March 2006). «Neuropsychiatric manifestations systemic lupus erythematosus: A study from South India». Neurology India 54 (1): 75–7. PMID 16679649. Проверено 2006-09-29.
  22. Dwight L. Evans Chapter 90: Neuropsychiatric Manifestations of HIV-1 Infection and AIDS // Neuropsychopharmacology: The Fifth Generation of Progress / Kenneth L Davis, Dennis Charney, Joseph T Coyle, Charles Nemeroff. — 5th. — Philadelphia: Lippincott Williams & Wilkins. — С. 1281–1301. — ISBN 0-7817-2837-1
  23. Lowinger, Paul (July 1959). «Leprosy And Psychosis». American Journal of Psychiatry 116 (1): 32–37. DOI:10.1176/appi.ajp.116.1.32. PMID 13661445. Проверено 2006-10-17.
  24. Ponomareff, G. L. (June 1965). «Phenomenology Of Delusions In A Case Of Leprosy» (PDF). American Journal of Psychiatry 121 (12): 1211. PMID 14286061. Проверено 2006-10-17.
  25. Tilluckdharry, C. C.; D. D. Chaddee, R. Doon, and J. Nehall (March 1996). «A case of vivax malaria presenting with psychosis». West Indian Medical Journal 45 (1): 39–40. PMID 8693739.
  26. Denier C, Orgibet A, Roffi F, Jouvent E, Buhl C, Niel F, Boespflug-Tanguy O, Said G, Ducreux D (2007). «Adult-onset vanishing white matter leukoencephalopathy presenting as psychosis». Neurology 68 (18): 1538–9. DOI:10.1212/01.wnl.0000260701.76868.44. PMID 17470759.
  27. Hermle L, Becker FW, Egan PJ, Kolb G, Wesiack B, Spitzer M (1997). «[Metachromatic leukodystrophy simulating schizophrenia-like psychosis]» (in German). Der Nervenarzt 68 (9): 754–8. PMID 9411279.
  28. Black DN, Taber KH, Hurley RA (2003). «Metachromatic leukodystrophy: a model for the study of psychosis». The Journal of neuropsychiatry and clinical neurosciences 15 (3): 289–93. PMID 12928504.free full text
  29. Kumperscak HG, Paschke E, Gradisnik P, Vidmar J, Bradac SU (2005). «Adult metachromatic leukodystrophy: disorganized schizophrenia-like symptoms and postpartum depression in 2 sisters». Journal of psychiatry & neuroscience : JPN 30 (1): 33–6. PMID 15644995.
  30. Müller N, Gizycki-Nienhaus B, Botschev C, Meurer M (August 1993). «Cerebral involvement of scleroderma presenting as schizophrenia-like psychosis». Schizophr. Res. 10 (2): 179–81. PMID 8398950.
  31. Wilcox RA, To T, Koukourou A, Frasca J (November 2008). «Hashimoto’s encephalopathy masquerading as acute psychosis». J Clin Neurosci 15 (11): 1301–4. DOI:10.1016/j.jocn.2006.10.019. PMID 18313925.
  32. Gómez-Bernal GJ, Reboreda A, Romero F, Bernal MM, Gómez F (2007). «A Case of Hashimoto’s Encephalopathy Manifesting as Psychosis». Prim Care Companion J Clin Psychiatry 9 (4): 318–9. PMID 17934563.
  33. Ray M, Kothur K, Padhy SK, Saran P (May 2007). «Hashimoto’s encephalopathy in an adolescent boy». Indian J Pediatr 74 (5): 492–4. PMID 17526963.
  34. Steinberg, D.; S. R. Hirsch, S. D. Marston, K. Reynolds, and R. N. Sutton (May 1972). «Influenza infection causing manic psychosis». British Journal of Psychiatry 120 (558): 531–535. DOI:10.1192/bjp.120.558.531. PMID 5041533.
  35. Maurizi, C. P. (February 1985). «Influenza and mania: a possible connection with the locus ceruleus». Southern Medical Journal 78 (2): 207–209. PMID 3975719.
  36. Keddie, K. M. (August 1965). «Toxic psychosis following mumps». British Journal of Psychiatry 111: 691–696. DOI:10.1192/bjp.111.477.691. PMID 14337417.

Литература

Wikimedia Foundation. 2010.

Про психотиков: ya_schizotypic — LiveJournal

Сегодня я хочу немного поговорить о психиатрии, а точнее о психозах и психотиках. Мне эта тема близка, поскольку я был в психотической депрессии, я сам являюсь психотиком по уровню организации личности, и у меня есть клиенты-психотики (для беспокоящихся читателей — всем им при малейшем подозрении на обострение состояния я рекомендую не тратить время и идти к психиатру, ибо это не шутки). В общем, если вам интересен внутренний мир шизофреника или другого психотического больного — добро пожаловать под кат.

Итак, как это принято в приличном обществе, начнём с определений. Под психозом будем понимать «явно выраженное нарушение психической деятельности, при котором психические реакции грубо противоречат реальной ситуации (по И. П. Павлову), что отражается в расстройстве восприятия реального мира и дезорганизации поведения» (определение из Википедии, но оно вполне годится для наших целей).

В практике обычно с психозом ассоциируют шизофрению и её проявления — бред, галлюцинации, псевдогаллюцинации и т.п.

В качестве источника определения психотичности, а точнее, психотического уровня организации личности, возьмем классический труд Нэнси Мак-Вильямс «Психоаналитическая диагностика» (ну, нравится мне эта книга). Приведу цитату:

«Во-первых, важно понимать защиты, используемые психотическими личностями. Эти процессы будут описаны далее. В целях дальнейшего обсуждения я их просто перечислю: уход в фантазии, отрицание, тотальный контроль, примитивная идеализация и обесценивание, примитивные формы проекции и интроекции, расщепление и диссоциация. Эти защиты довербальны и дорациональны; они защищают психотическую личность от архаического страха, настолько всепоглощающего, что даже пугающие искажения, созданные самими защитами, кажутся меньшим злом.

Во-вторых, люди, личность которых организована на психотическом уровне, имеют серьезные трудности с идентификацией – настолько, что они не полностью уверены в собственном существовании, еще больше, чем в том, что их жизнь удовлетворительна. Они глубоко сконфужены по поводу того, кто они такие. Эти пациенты обычно решают такие базовые вопросы самоопределения, как концепция тела, возраста, пола и сексуальной ориентации. Вопросы “Откуда я знаю, кто я такой?” или даже “Откуда я знаю, что я существую?” не являются необычными для людей с психотической организацией. Ими они задаются с полной серьезностью.

Они также не могут полагаться на опыт других как на опыт, обладающий собственной непрерывностью. Когда их просят описать самих себя или каких-либо других важных для них людей, их описания обычно бывают невразумительными, поверхностными, конкретными или очевидно искажающими.
<…>
Возможно, полное объяснение отсутствия у психотиков “наблюдающего Эго” включает в себя все эти элементы, а также некоторые конституциональные, биохимические, ситуационные и травматические аспекты.
<…>
Природа основного конфликта потенциально склонных к психозам людей в буквальном смысле экзистенциальная: жизнь или смерть, существование или уничтожение, безопасность или страх.
»

И первый тезис, который я хотел бы донести до читателя, заключается в том, что человек, находящийся на психотическом уровне организации личности совсем не обязательно всё время пребывает в состоянии психоза.

Удивительно, но отечественная психиатрия, по крайней мере, в том виде, в котором мне довелось с ней столкнуться, совершенно игнорирует этот простой факт.

Поясню на примере нашего дурдома, там это происходит так: человек сначала попадает на патопсихологическую диагностику к медицинскому психологу (привет, К.!), который тестирует его мышление и восприятие с помощью специального набора диагностических методик (интересующихся отправляю к книге С.Я. Рубинштейн «Экспериментальные методики патопсихологии») и на основании полученных результатов выявляет (или не выявляет) определённый патопсихологический симптомокомплекс (т.е. некий кластер симптомов, который характерен для тех или иных позиций в нозологии МКБ, но не диагноз). Затем на основании этого симптомокомплекса, пользуясь своими данными, собранными в процессе клинической беседы с пациентом и наблюдения за ним, психиатр выставляет диагноз.

В теории — всё хорошо, но на практике, большая часть психотиков (по уровню организации личности) из-за этой процедуры попадает в шизики (F2X по МКБ).

Дело тут в двух порочных моментах. Во-первых, психолог зачастую неверно и механистично (ещё раз привет К. и моя благодарность ей за то, что она не такая!) интерпретирует данные, полученные в результате применения методик патопсихологического тестирования.

Здесь нужно отвлечься и рассказать немного о внутреннем мире психотиков. Дело в том, что он — символичен и образен. Вопреки распространённому мнению, он не лишён внутренней логики (в широком смысле этого слова), но эта логика — иная: она не похожа на исчисление предикатов или работу с силлогизмами, она образна, художественна, эмоциональна и ассоциативна.
И ни в коем случае не формальна. Формализм, так любимый современным научным сообществом, недоступен психотику, он мыслит иначе.

Его «логика» основана на похожестях, симпатической магии, мифологических и дорациональных понятиях. Но, что ещё сложнее для восприятия здорового терапевта, его мышление часто до-понятийное, оно оперирует смутными неосознаваемыми категориями, не имеющими ни чётких границ, ни оформленного содержания, категориями, которые ближе к мистическим концепциям и юнговским архетипам, чем к понятиям в традиционном смысле этого слова.

Но, несмотря на это, мы ни в коем случае не можем утверждать, что мышление психотика обязательно «ущербно» или «нездорово». Оно просто другое. И ниже я покажу, что оно может быть адекватным и даже более продуктивным, чем мышление здорового человека.

А пока — позвольте пример. Моя клиентка, назовём её А., личность на психотическом уровне организации продемонстрировала прекрасный пример иного подхода к мышлению во время процедуры патопсихологической диагностики.

Ей было предложено задание ¬— сравнение понятий «Ось» и «Оса», нужно было сказать, что у них общего и чем они отличаются.

Оцените красоту ответа! Нет, серьёзно, отбросьте на время свои предубеждения, и посмотрите, насколько изящно, верно и красиво она ответила на этот вопрос.

Итак, общего у них то, оба они острые, и оба — жёлтый полукруг. А различие в том, что оса кусает, а ось — нет.

Это ли не прекрасно?! Я беру на себя смелость утверждать, что этот ответ не просто адекватен, но и, в определённом смысле, красив.

Действительно: представьте себе осу. Жёлто-чёрное тело, хищное и блестящее, золотые полоски ярко сияют на бархатном чёрном фоне. И если провести три разреза — двумя вырезать жёлтый кусок, а одним разделить полученный цилиндр пополам и сделать проекцию, то получится жёлтый полукруг.

Но того же самого результата практически тем же самым образом можно получить и из оси: если взять вещественную ось (т.е. не Ось, как идею в платновском смысле, а конкретную вещественную ось, или, как говорят программисты, экземпляр оси), сделать в ней те же три разреза, и посмотреть на неё взором, ослеплённым золотым сиянием осы, то тоже получится жёлтый полукруг! Это же логично!

Взглянем теперь же на различия. Действительно, для двух неидентичных вещей можно придумать бесконечное число отличительных признаков. И «здоровый» человек выберет из них самый банальный. Это такая фишка психического здоровья — банальность. Это не плохо, это просто факт.

Но не таков психотик! Он видит суть. Ведь если отбросить абстрактные умствования, то в чувствах и эмпирическом опыте нам дан простой факт: оса может ужалить, не просто может потенциально, для неё это высоковероятное поведение, в то время, как для осей высоковероятное поведение — безопасно крутиться на своём месте.

Да, разумеется, не всегда оса жалит, а ось не всегда безопасна, но психотик, сам того не осознавая, автоматически оценивает риски и выбирает фактически (т.е. с учётом всей полноты жизни) главные свойства, в то время, как здоровый человек действует здесь выхолощенно, формально.

И вот тут возникает первый парадокс — считается, что определённая выхолощенность характерна именно для шизофреников, но там она — в эмоциях, в мышлении же они (пока не в дефекте) — намного живее здорового человека. Лично у меня возникает такое понимание шизофренических нарушений мышления: это просто следствие перетекания жизни из эмоциональной в интеллектуальную сферу. То же, но в меньшей степени, у шизоидов.

Итого, в сухом остатке, непредвзятый ум должен увидеть, что испытуемая дала нетривиальный, оригинальный и более полный, чем можно было бы ожидать; более полный, чем от неё ожидали, ответ.

Но такие ответы трактуются как нарушения мышления по шизотипу. И здесь происходит первый этап заклеймения. Психологи не виноваты, сама процедура такова, что в оценке особенностей (а непредвзятый читатель должен понимать, что пока речь именно об особенностях) мышления не учитывается контекст, жизнь во всём её цветущем многообразии изгнана из этой процедуры, она подталкивает экспериментатора к выхолащиванию; и оттого, что контекст не учтён, полезные или нейтральные особенности мышления называются нарушениями.

Да, человек мыслит иначе, но о нарушенности его способа мышления мы можем говорить только в контексте условий, в которых это мышление осуществляется, и тех результатов, к которым оно приводит, иначе мы будем предвзяты в своих оценках, но… именно так, предвзято, и действуют диагносты, и относят подобные прекрасные образцы альтернативной изящности к нарушениям.

А потом, когда некоторое количество нарушений по шизотипу набирается, пациенту автоматически ставят шизофренический патопсихологический симптомокомплекс. И, опять же, это неправильно, там помимо нарушений мышления должны быть ещё всякие штуки типа уплощённого аффекта (как пример), но на практике — никто на это не обращает внимания. Так происходит второй этап клеймения и стигматизации.

Далее с пациентом работает психиатр. По идее, он должен провести с пациентом клиническую беседу, понаблюдать за ним, составить своё мнение, а потом сравнить его с данными патопсихологического исследования.

И если бы всё так и происходило, то для многих психотиков здесь было бы спасение от F2X, но оно происходит не так: в ряде случаев психиатр решает не заморачиваться, он тупо смотрит в заключение психолога и рисует диагноз, который бы не противоречил выставленному патопсихологическому симптомокомплексу.

А что у нас не противоречит шизофреническому симптомокомплексу? Правильно, шиза во всех её проявлениях — шизофрения, шизоаффективное, шизотипическое и прочие расстройства.

Так наш психотик, не имеющий, по факту, шизы, становится на бумаге шизиком.

Почему я берусь утверждать, что шизы у него нет? Ну, во-первых, я специально для рассмотрения в данной статье выбрал именно такие случаи, ибо если шизофренику поставить шизофрению, то ничего нелогичного в этом нет, и обсуждать это не следует.

А, во-вторых, и я сказал об этом в начале, не каждый психотик — шизофреник. Почему? Ну, во-первых, потому, что психотик — вовсе не обязательно больной человек. Если взять список критериев психического здоровья ВОЗ, то там явно видно, что уровень организации личности там вообще не обсуждается.

Этот список, на мой взгляд, пример правильного подхода: если особенности (особенности, Карл, не нарушения!) мышления и восприятия не мешают человеку, то он — здоров. Всё остальное — карательная психиатрия. Всё остальное — навязывание человеку чужеродной идеологии под любым благовидным предлогом.

Я, например, атеист. Но, будь я психиатром, я никогда бы не сказал пациенту, что он больной, только потому, что он верит в Бога (тут с Большой Буквы). Пусть мне десять раз это не нравится, но кто я такой, чтобы, пользуясь своей властью, внедрять в голову пациента чуждое ему мировосприятие.

Более того, если человек даже слышит голос этого самого Бога не в фигуральном смысле, а физически, на уровне галлюцинаций, но этот голос ему помогает, или, по крайней мере, не мешает адаптироваться в жизни, не делает его агрессивным и опасным для себя и других, то… ИМХО, человек не нуждается в лечении.

Если нет проблем ни для самого человека, ни для его окружения, ни для социума в целом, то нет и нужды в лечении.

Но на практике наша психиатрия (по крайней мере, в той части, в которой мне удалось с ней столкнуться) этого не учитывает, и пытается «лечить» (или, как не без основания говорят сами пациенты, «залечивать») тех, кто в этом не нуждается.

Нет, не подумайте плохого, я совершенно не стою на позициях антипсихиатрии, я считаю, что психиатрия нужна, важна и полезна. Но я хочу, чтобы она видела в пациенте человека. Человека во всём многообразии его свойств.

А она не видит. И записывает нашего психотика, который фактически-то и не болен, в шизофреники.

Почему же, на мой взгляд, это плохо? Потому, что из этого следуют практические действия — человека начинают усиленно кормить нейролептиками, не понимая, что они не изменят основ его мышления.

Они, нейролептики, снижают скорость мышления, укорачивают ассоциативные цепочки и заставляют человека быть банальнее, лишают ум подвижности и уплощают образность. И да, после этого наш психотик действительно не может найти общее у осы и оси, но разве это выздоровление?

Человека лишили того, в чём он был силён, у него забрали его индивидуальное преимущество, но ничего не дали взамен. Юнг говорил о двух типах неврозов — в первом случае человек не может быть нормальным, и его это гнятёт, а во втором — он способен быть нормальным (в терминах общества), но его эта нормальность не удовлетворяет.

Но наша отечественная психиатрия почему-то всех записывает в первый тип, назначая препараты, которые снижают уровень проявления индивидуальных особенностей, но ведь есть ещё и люди второго типа. И они тоже бывают психотиками.

И для них лечение — это личная трагедия, маленькая смерть. Доктора, действуя, исходя из добрых побуждений, ухудшают их качество жизни, поскольку, забрав то, в чём эти люди сильны, то, в чём они могут найти путь творческого самовыражения, ничего не дают взамен.

Клиентка из вышеуказанного примера может стать прекрасным психологом, писателем, хужожником, физиком, философом или музыкантом, ибо у неё настолько развито образное мышление, а её бессознательное даёт ей такой неиссякаемый поток идей и символов, что она вполне может войти, если не в историю, то, во всяком случае, в массовую культуру — уж точно.

Но если задолбить её нейролептиками, что от неё останется? Жалкая оболочка, лишённая жизни, сдутый воздушный шар, выеденное яблоко… Кем она будет в нормальном мире? Кассиром в супермаркете? Нет, я ничего не имею против кассиров, но эта работа может приносить удовлетворение только тем людям, которые имеют определённые, располагающие к ней личностные особенности, но она — не относится к этим людям. Такая деятельность убьёт её, если не физически, то ментально (или, как говорят некоторые, духовно).

Психотики могут испытывать некоторые необычные состояния и переживания, которые недоступны обычному человеку без применения ПАВ. Это может выражаться в появлении галлюцинаций, сверхценных идей, голосов в голове, странных ощущений в теле и т.д. И психиатры, сталкиваясь с такими симптомами, стараются скорее их заглушить.

Безусловно, мощные препараты, блокирующие дофаминовые D2-рецепторы, могут избавить человека от этих симптомов. Но нужно ли это делать? Точнее, даже не так: всегда ли это будет благом для самого человека (намеренно не пишу — больного)?

Моя позиция здесь такова: никакая психопродукция не возникает просто так. Всё, что выплывает из бессознательного (индивидуального или коллективного), имеет смысл, по меньшей мере, субъективный, релевантный в системе рассмотрения данного человека. Юнг писал о том, что бессознательное выполняет компенсаторную функцию, оно своими образами и символами стремится «уравновесить» неблагоприятную для человека реальность; Фрейд говорил о том, что бессознательное проявляет подавленные влечения; а Лаувенг вообще указывает на то, что эти образы — попытка человека выйти на контакт и попросить помощи (ибо иначе, как через симптоматику он этого не умеет).

Но какую бы из этих позиций мы не приняли, ясно одно — эти «нездоровые» образы имеют смысл. Иногда этот смысл бывает недоступен даже сознанию самого носителя. Более того, имею смелость утверждать, что это бывает достаточно часто. Но для того и нужны профессионалы в области душевного здоровья, чтобы этот смысл увидеть, истолковать и применить. Потому мы и обращаемся за помощью к психологам и врачам, что надеемся, что они, используя свои специальные знания, смогут проникнуть за завесу непонятности и найти ответ на наши незаданные вопросы в нас самих.

А они зачастую просто глушат психотика нейролептиками. Вы только вдумайтесь: человек кричит о помощи, он нуждается и страдает, а врач, вместо того, чтобы ему помочь, даёт таблетки, которые глушат этот крик. Цинично и ужасно.

Что же я предлагаю делать с ними? Анализировать, толковать, идти по долгому и шаткому пути ассоциаций, копаться в символах, доискиваясь смысла: той причины, которая побуждает психику так себя вести.

Перлз говорил о том, что наша психика (в самом широком смысле этого слова) — «ленива», в том смысле, что, если она может чего-то не делать, она этого делать не будет. Мы экономим движения, экономим мысли. Но создание психопродукции требует от психики колоссальных затрат и колоссального напряжения! И один этот факт убедительно показывает, что есть какая-то очень важная причина, которая лежит в основе этих явлений. Задача терапевта (в самом широком смысле этого слова) — найти и проработать эту причину: удовлетворить потребность, дать выход влечению, услышать призыв о помощи.

Но вместо этого они глушат проявление, не докапываясь до причины.

Почему так происходит? На мой взгляд, причин несколько. Во-первых, так проще. Действительно, дал больному (это, кстати, тоже упрощение — сразу посчитать человека больным) галоперидола, и он «онормалился». Зачем тратить время и силы на поиск каких-то там причин? Следующий!
Во-вторых, эта технология и лежащий в её основе подход является тиражируемой. Её легко распространить на массы, а значит, легко подогнать под современный тренд массового производства и массового обслуживания. При таком подходе врач может обработать десяток пациентов в день, в то время, как, доискиваясь причины, он будет тратить много дней, а то и месяцев, лет на одного пациента.

А время врача дорого, и тут мы подходим к третьей причине — экономической. Это просто дешевле. Дешевле для государства, для страховых компаний, для самого пациента.
И последнее по списку, но, сдаётся мне, не последнее по важности — это удобнее. Врач может при этом подходе применять строгий научный метод. Дал таблетку — симптом исчез. Не дал — не исчез. Закономерность сохраняется даже при проведении РКИ, а значит — работает.
Здесь следует остановиться подробнее и рассмотреть противоположный подход, ибо только в сравнении с ним будут видны преимущества обсуждаемой стратегии.

Противоположностью выступает здесь, как я уже говорил выше, тщательный анализ и поиск причины. Но приборов, которые могли бы инструментально и объективно подтвердить предположения специалиста о том, что происходит в голове у человека, к сожалению, пока не изобрели.

В самом деле, Фрейд говорит о подавленном либидо, Юнг о выражении архетипа, Адлер о стремлении к власти, а Перлз — вообще о границах между индивидом и средой. А у нас девочка, которая слышит голоса и переживает состояния, похожие на эффект ЛСД (счастливая:) ). Вот что с ней делать? Какой подход применять? Как определить, правильный ли подход применён?

Мы пытаемся искать причину явления, но у нас нет надёжного инструмента, такого, чтобы мы могли быть полностью в нём уверены — нас и тут, и там ожидают разные ловушки и чудовища — наш собственный субъективизм, проекции, переносы, контрпереносы…

Хуже того, мы даже не можем спросит у человека, что происходит в его бессознательном. Ибо оно, бессознательное, по определению недоступно сознанию человека, и он сам не имеет ни малейшего представления о том, что там происходит. Он не врёт, не утаивает, всё гораздо сложнее — он и сам не знает.

И мы, если хотим в этом всём разобраться, должны стать на скользкий путь толкований, ассоциаций и интерпретаций. И, встав на него, мы, следуя интеллектуальной честности, вынуждены отказаться от столь приятной нашему тщеславию позиции учёного, искателя объективной истины. Мы уподобляемся астрологам, гадалкам и прочим странным персонажам, к которым зачастую относимся с презрением.

Мы не можем написать в Nature или Lancet о том, что у человека не прожит Эдипов комплекс, ибо рецензенты отвергают саму эту концепцию. Мы можем обсуждать наши догадки и теории только с такими же фриками, как мы сами, но беда в том, что многие из этих фриков не хотят нас слушать, поскольку или имеют собственную позицию, либо примыкают к одной из «терапевтических религий».

И самое грустное, что здесь невозможно поставить эксперимент, чтобы понять, кто прав. И весь богатый инструментарий научного метода не может быть применён к нашему предмету, ибо, будучи применёнными, Бритва Оккама и Критерий Поппера ничего от него, предмета, не оставят.

И здесь терапевт вынужден отказаться от притязаний на абсолютную истину, он работает в пространстве субъективных категорий с помощью недоказанных и принципиально недоказуемых методов, не имея возможности отследить правильность или ложность направления приложения своих усилий.

И это — угнетает.

Да, есть люди, для которых это не является проблемой, они уверены в своей правоте и выборе инструмента, но у них другая проблема — зачастую они не чувствуют своего клиента, и продолжают «долбить» его своим подходом, не обращая внимания на эффект и приемлемость (которая, опять же, субъективна в данном случае). И это, едва ли не деструктивнее, чем ничего не делать.

Но я искренне верю в то, что такое положение вещей — временное, и в будущем сообщество врачей, учёных и психологов сможет осветить психотическое бессознательное яркими лучами научного знания.

Существенным прорывом в этой области явилось создание Беком его когнтивно-поведенческой терапии. Главной «фишкой» КПТ, на мой личный взгляд, является даже не её доказанная эффективность, а то, что представители этой школы смогли вынести часть психотерапии из области высокого искусства в область ремесла. Сложного, требующего знаний и опыта, но всё же — ремесла. Они неплохо отвязали методы терапии от личности самого терапевта, и это заслуживает всяческого уважения!

И я хочу надеяться, что со временем профессионалы смогут разобраться со сложной символикой бессознательного, классифицировать её, найти закономерности, просветить мозг методами нейровизуализации, изучить индуцированные ПАВ состояния и составить адекватные модели работы бессознательного вообще и психики психотиков в частности.

Мне могут возразить, сказав о том, что я призываю к механизации и изгнанию Человека из взаимодействия врача и пациента / психолога и клиента. Но это не так. Наоборот, я за то, чтобы признать работу с такими людьми искусством. Пока — искусством. Мы просто ещё не доросли разумом для того, чтобы найти способ сделать это ремеслом.

Поскольку мы не можем, по крайней мере, пока применять научный метод к работе с психотиками (я имею ввиду глубокий анализ их бессознательной символики и последующую работу с причинами её возникновения), мы просто обязаны отнести её к категории искусства — деятельности, не имеющей однозначных критериев правильности, общепринятых и доказанно превосходящих методов выполнения, требующей чутья, опыта и таланта.

Увы, сегодня работа с психотиками (за исключением узких областей, таких, как КПТ и фармакотерапия) — это не наука. Но это, на мой взгляд, не даёт нам (обществу в целом) и специалистам игнорировать их и их потребности.

И как физика выросла из натурфилософии, а акустические модели восприятия из теории музыки, так и из психоанализа, гештальта и прочих практик и школ должна появиться новая, более сильная и обоснованная теория работы с бессознательным и психотиками. А пока её нет, следует не отмахиваться от них, а помогать им в рамка искусства психотерапии.

Да, психотики живут в реальности, которая несколько отличается от той, к которой привыкли здоровые и невротики. Да, их мышление — иное. Они не мыслят в привычном смысле этого слова, они используют некие операции, сочетающие в себе рассудок, интуицию и чувства. Они другие.

Но это не значит, что они непременно больны.

   

Разница между психопатом и психотиком / Клиническая психология

Термины «психопат» и «психотик» часто путают очень часто из-за сходства обоих слов. Кажется, что у них есть определенные отношения, но они полностью противоположны. Когда мы говорим о психопатии, мы имеем в виду расстройство личности. С другой стороны, психоз — это синдром, который может возникать при различных заболеваниях, таких как шизофрения, маниакальные фазы, паранойя, интоксикации для употребления некоторых видов наркотиков, среди других. Для того, что можно считать психотическим для любого человека, который представляет какую-либо из тех болезней, при которых вы теряете контакт с реальностью, у вас есть бредовые идеи и галлюцинации. Это не случается с людьми с психопатией, так как они чрезвычайно осведомлены о реальности.

В этой статье о психологии онлайн мы подробно объясним, что такое разница между психопатом и психотиком и мы предоставим информацию о каждой из этих патологий.

Вы также можете быть заинтересованы: Различия между психопатом и социопатом Индекс
  1. Психопатия: определение
  2. Определение и симптомы психоза
  3. В чем разница между психопатом и психотиком

Психопатия: определение

Мы можем найти разные типы психопатов, от преступников или так называемых серийных убийц до тех, кто ведет нормальную жизнь. Это люди, которые склонны двигаться только ради своих собственных интересов и не возражают против несоблюдения закона и / или причинения вреда другим людям для достижения своих целей. Они имеют тенденцию быть довольно контролирующими и манипулирующими до такой степени, чтобы быть очаровательными для многих людей. Например, у многих политиков есть особенности психопатии.

Психопатия — это психическое состояние, которое классифицируется в DSM-V (пособие по диагоности психиатрии) как расстройство личности и рассматривается как асоциальное расстройство личности. Люди, которые страдают от этого типа состояния, характеризуются наличием “эмоциональная анестезия” это не позволяет им чувствовать сочувствие, поэтому они не могут общаться с другими людьми или действительно понимать их, когда они испытывают какие-то эмоции или чувства, такие как боль или грусть, например. Вот почему, когда они так или иначе причиняют кому-то боль, они не чувствуют вины или раскаяния.

Симптомы психопата

Среди основных симптомов этого типа расстройства личности можно выделить следующие:

  • Им не хватает сочувствия.
  • Им невозможно эмоционально соединиться с другим человеком и установить более глубокие отношения.
  • Они чрезвычайно манипуляторы
  • Они не могут испытывать вину или раскаяние.
  • Они холодный и расчетливый.
  • В профессиональном отношении некоторые из них могут занимать высокие посты из-за высокого уровня манипуляций, которые у них есть. Например, директора компаний или политики.
  • Они показывают наличие поверхностный шарм.
  • Они обычно очень умный.
  • Они всегда планируют стратегию, прежде чем действовать, особенно когда речь идет о достижении их личных целей.

Определение и симптомы психоза

Человек, который страдает от какой-то психотической формы психотическое расстройство. Некоторыми из состояний, которые вызывают психоз, являются шизофрения, паранойя, маниакальные фазы, потребление некоторых лекарств, иногда также некоторые люди с биполярностью могут испытать это. Галлюцинации, заблуждения и иррациональные идеи являются основными симптомами, вызывающими психоз. Как, например, слушать голоса, видеть людей, предметы и / или животных, которые не существуют, и т. Д..

То есть человек, который испытывает психоз, полностью удален от реальности и, кажется, оказывается в “другое измерение” слушать голоса, видеть людей, животных или предметы, которые не существуют в нашей реальности. Некоторые из основных симптомов психоза следующие:

  • Запутанные мысли. Мысли психотика становятся довольно запутанными. Когда они хотят что-то сообщить, они находят это довольно сложным и легко теряют нить разговора. Им также трудно обращать внимание, потому что у них много проблем, чтобы иметь возможность сосредоточиться.
  • мании. Психотический человек проявляет своего рода ложные убеждения, которые рассматриваются как заблуждения, поскольку они не имеют какой-либо основы. Например, они могут подумать, что за ними все время следят, что их разыскивает полиция, что они известные люди, и все они смотрят на них, в том числе..
  • Внезапные изменения в настроении. Человек может изменить свое восприятие и настроение от одного момента к другому без видимой причины. Вы можете чувствовать себя хорошо, и внезапно вы можете почувствовать себя изолированным от мира или подавленным.
  • галлюцинаций. Психотический человек испытывает галлюцинации, приходя слышать голоса или воспринимать предметы, людей и / или животных, которых нет в этой реальности.
  • Изменения в отношении. У них внезапные изменения в их отношении, поэтому иногда они могут быть спокойными, даже смеяться и казаться забавными, и время от времени они испытывают чрезвычайный стресс и поражение. Это связано с теми же галлюцинациями и иллюзиями, которые заставляют их реагировать определенным образом в то время, когда они меньше всего этого ожидают..

В чем разница между психопатом и психотиком

Проанализировав психопатию и психотические расстройства, мы, наконец, ответим на ваш вопрос и кратко подведем итоги. Разница между психопатом и психотиком:

  • Физический аспект. Психотики, из-за того уровня психического дисбаланса, который они испытывают, глубокой грусти, которую они испытывают, и последствий своих симптомов, обычно являются людьми, которые пренебрегают своим внешним видом и не беспокоятся о том, чтобы ухаживать или ухаживать. С психопатами происходит обратное, поскольку в целом они обычно довольно тщеславны, опрятны и обеспокоены своим внешним видом..
  • Сознание реальности. Психотики представляют собой потерю интеграции своих психических функций, так что их разум находится вне реальности и, следовательно, не может действовать в соответствии с ним. Противоположность психопатов, которые полностью осознают реальность и живут в соответствии с ней.
  • Отношения с обществом. Психотикам очень сложно адаптироваться в обществе и, например, получить работу, учиться и т. Д. Психопаты, несмотря на отсутствие сочувствия, могут иметь некоторую возможность получить стабильную работу, учиться и общат
Невротики, психотики, пограничные, типология личности по Ненси Мак Вильямс.: evalinger — LiveJournal

Кто такой невротик и кто такой психотик?

Простыми словами, невротик – это человек, которому самому с собой и от всего плохо. Этим невротик отличается от психотика, которому часто хорошо, но с которым плохо окружающим.

Невротика характеризует эмоциональная нестабильность, с доминирующей «негативной» окраской. Обычное состояние – неуверенность в себе и своих силах, переживания, страхи, недоверие к людям, а в результате этого зацикленность на себе и склонность то к обвинениям, то к самообвинениям.

В легкой форме (невротизм) человек испытывает внутренний дискомфорт при внешнем благополучии и хорошей адаптации в социуме (в этом случае человек считается здоровым). В тяжелой форме (невроз) человек уже болен, его состояние характеризуется астеническими, навязчивыми и/или истерическими проявлениями, а также временным снижением умственной и физической работоспособности.

Чем выше уровень невротизма, тем ниже способность учиться на опыте, сложнее преодолевать страхи и прекратить деятельность, разрушительность и неразумность которой очевидна.

В свою очередь «психоз» с медицинской точки зрения означает серьезное психическое расстройство. К психозам можно отнести те заболевания, которые нередко сопровождаются изменением сознания, отсутствием критики к себе или к окружающему. В частности, делирий — расстройство сознания, обычно характеризующееся обильными зрительными галлюцинациями; онейроид — состояние сознания, напоминающее сон, нередко фантастического содержания с ложными галлюцинациями, бредом феноменами; аменцию — спутанное состояние сознания с растерянностью, беспорядочным мышлением (в отличие от делирия аменция может продолжаться несколько недель и даже месяцев) ; сумеречное состояние сознания — более или менее выраженное сужение поля сознания, возникающее при эпилепсии или истерии. Следует отметить, что любой бред и галлюцинации также свидетельствуют о наличие психоза.

Согласно Ненси Мак Вильямс, на работе которой базируется данная статья, личность может быть невротического, пограничного и психотического уровня. Есть и условно «здоровые» (хотя как звучит старая шутка: здоровых людей нет – есть не обследованные). И все же в диапазоне «здоровый»-невротик можно нормально жить: иметь более-менее реалистичный образ себя, достаточно устойчивую самооценку, быть адаптированным в социуме и способным выстраивать и поддерживать близкие отношения.

Представленные ниже типы личности в первую очередь рассматриваются в клинической картине, однако выраженность отдельного психотипа может быть представлена на разном уровне: от невротичного до психотического. Кроме того, у одного человека могут проявляться выраженность нескольких типов.

Формирование определенного психотипа – всегда сочетание нескольких факторов: генетического, социального, фактора семейного воспитания (и поведения самих родителей), определенной свободы выбора, проявляемой уже в детском возрасте в способе реагирования на определенные стимулы и обстоятельства.

Психотики ~ Проза (Психология)

Психотики
   Пограничное расстройство личности человека, часто является причиной трагедий, страхов и отчаяния.
С одной стороны родные и близкие люди страдающего этим расстройством, отчаянно ищут выхода из необычного состояния человека, а с другой сам человек, с пограничным расстройством, мучительно переживает, что причиняет неприятности окружающим. С такими людьми очень трудно работать психологам и психотерапевтам. Чаше всего они жертва аффективного расстройства в конфликтных ситуациях.
Пограничное расстройство личности (borderline personality disorder) — изменение личности, при котором индивид постоянно живёт на границе между нормальным функционированием и реальной психической патологией (1,с.460).
Пограничное состояние человека — патоподобное состояние при соматических, неврологических, реактивных состояний человека [1,c.461].
Психотическое расстройство — серьёзное психическое расстройство органического или эмоционального происхождения, при которых наблюдается грубое нарушение оценки реальности[1,c.514].
Психическое состояние — состояние пациента
Психоз
Основа психозов — болезненные события, представляющие собой либо расстройства экзогенных поражений, либо расстройства заложенные в генотипе[4, с.696].
Психоз — психическое отклонение затрагивающее всего человека «без остатка», жертвой которых становится человек в целом[К.Ясперс].
Психоз — 1. психическое расстройство, которому свойственны:
1) симптомы психотического регистра (бред, галлюцинации, синдром психического автоматизма Кандинского-Клерамбо, кататония, состояние спутанного сознания), психомоторное возбуждение или ступор, то есть нарушения. выходящие за пределы невротического или невроподобного уровня психического расстройства;
2) нарушения ориентировки в актуальной ситуации (иногда в месте, времени и др.), то есть непонимание реальной ситуации и/или мнимое её представление;
3) неадекватное поведение, обусловленное болезненными мотивами и часто представляющее опасность как для окружающих; 4) отсустсвие осознания факта собственного психического расстройства, а также понимания целесообразности госпитализации и терапии(1,с.497).

Стивен Гиллиген считает, что «Психотики обычно погружены в транс с глубоким снижением чувства собственной ценности. В их переживаниях чаще всего доминируют классические гипнотические феномены: галлюцинации, искажения восприятия, возрастные регрессии, диссоциация, нарушенное чувство времени и т.д. К несчастью, их переживания далеко не так приятны, как типичный гипнотический транс. Конечно, большинство психотиков живет в искаженном мире, находясь во власти извращенных бессознательных процессов и отчаянно пытаясь преодолеть мебиусовидное искривление психических процессов, которое все более безраздельно доминирует с каждой попыткой диссоциироваться от него. Такие личности, обычно не желающие никому довериться и неспособные сосредоточиться, мало восприимчивы к традиционным методам наведения, которые, по своей сути, требуют, чтобы психотик вышел из своего мучительного транса и погрузился в транс, внушаемый психотерапевтом. По этой и другим причинам при работе с психотиками наведение гипноза, как правило, оказывается непригодным.
Однако эриксоновские принципы гипнотического воздействия, безусловно, могут быть применены с лечебной целью. Основная стратегия здесь состоит в: 1) признании, что человек находится в состоянии диссоциированного транса; 2) установлении раппорта с получением информации об уникальной сущности этого транса; 3) полном принятии реальности больного и подстройке к ней и затем 4) постепенном подведении его к иным способам существования. Другими словами, гипнотерапевт говорит про себя: «Ладно, забудем про наведение — в нем нет нужды, потому что этот человек уже находится в трансе. Что это за транс? Что в нем испытывает человек? Как я могу это признать и утилизировать?»
Классический пример стратегии такого типа — данное Эриксоном (1965) описание работы с пациентом психиатрической больницы, который не переставая изрыгал бесконечный поток бессвязных слов. Среди них попадались лишь редкие осмысленные высказывания: «доброе утро», «спокойной ночи» и «меня зовут Джордж», и этим все ограничивалось. Многократные попытки вызвать у него какие-нибудь иные реакции оканчивались полной неудачей. Поступив в больницу на работу на шестой год пребывания там Джорджа, Эриксон внимательно изучил его поведенческие стереотипы. Он записал на пленку этот поток слов и тщетно пытался в нем разобраться, а затем составил аналогичный, однако не идентичный этому набор бессмыслицы. Выработав стратегию терапии, он сначала молча сидел рядом с Джорджем на лавке. После нескольких дней такой подстройки Эриксон приступил к ведению, назвав вслух свое имя и при этом глядя в другую сторону. Когда он сделал то же самое на следующий день, на этот раз глядя на Джорджа, тот сердито разразился потоком бессвязных слов. Эриксон вежливо слушал и время от времени отвечал таким же потоком собственной бессмыслицы. Со временем Джордж растерянно умолк, и Эриксон ушел.
Такие беседы продолжались некоторое время, и дело дошло до 12-часового сеанса, во время которого сначала Джордж четыре часа нес бессмыслицу, на что Эриксон отвечал тем же, потом Джордж болтал еще два часа, и столько же времени говорил усталый, но непреклонный Эриксон. На следующий день Джордж прервал бессмыслицу Эриксона, потребовав, чтобы тот «перестал нести чепуху». Эриксон так и сделал, спросил Джорджа, как его фамилия, и тут же получил ответ. Он поблагодарил Джорджа и произнес еще несколько осмысленных слов, а затем немного бессмыслицы. Джордж ответил тем же.
На протяжении следующего года Эриксон использовал этот способ беседы, чтобы выяснить полную историю болезни Джорджа и провести успешное лечение. Потоки бессмыслицы постепенно сократились до редкого невразумительного бормотания. Джорджа выписали из больницы и подыскали ему работу; три года спустя Эриксон узнал, что он все еще работает и очень этим доволен.
Этот случай — блестящая иллюстрация того, как могут быть применены принципы утилизации транса при работе с психотиками. Из-за диссоциации пациента от всех остальных людей все попытки формального наведения, предпринимавшиеся первоначально, не могли дать эффекта. Поэтому Эриксон признал уже установившееся у больного состояние «диссоциированного транса», вошел в него и утилизировал его. Важно понять, что это было сделано постепенно — тщательная подготовка, длительная подстройка, минимальное на первых порах ведение и т.д. Чтобы добиться у человека, находящегося в состоянии такой спутанности мыслей и диссоциации, как Джордж, длительных терапевтических изменений, обычно требуется обширная предварительная работа. Приходится, в частности, проводить много времени как с клиентом, чтобы установить раппорт и получить информацию, так и наедине с самим собой, продумывая разнообразные возможные пути воздействия на уникальную ситуацию клиента.
Это не означает, что гипнотерапевт всегда должен начинать издалека. Иногда оказывается эффективным гамбит, связанный с крайне неправильным поведением. Например, Пол Картер и я работали с одним психотиком, который терроризировал всех психиатров своего отделения чудовищными галлюцинациями, где фигурировали мертвые младенцы, сосиски, вылезающие у него из ушей, и другие поистине чудовищные образы. Мы тщательно наблюдали за ним со стороны на протяжении длительного времени, отмечая, когда и как возникают эти галлюцинации. Когда мы начали беседу с ним, он, в ужасе озираясь по сторонам, спросил нас, видим ли мы эти галлюцинации. Мы самым естественным тоном ответили, что видим, а потом, в ужасе озираясь по сторонам, спросили его, видит ли он наши галлюцинации. Все это, конечно, было разыграно безупречно. Он был, естественно, ошеломлен нашим ответом — ведь это его считали сумасшедшим, а не нас. Он попытался ответить новыми галлюцинациями, которые мы тоже признали и откликнулись своими собственными.
Через некоторое время мы с разочарованием признались ему, что попросили о встрече с ним, потому что хотели научиться галлюцинировать еще лучше, а он, как нам говорили, специалист по этой части. Однако, сказали мы, это, видимо, была какая-то ошибка; в нашем репертуаре десять отличных галлюцинаций, а у него — всего лишь три средненьких. Кроме того, продолжали мы, у одного типа в соседней палате их шесть, и гораздо лучшего качества.
Нет необходимости говорить, что это повергло больного в глубокую растерянность, которую мы тут же утилизировали, предложив научить его галлюцинировать лучше. Он согласился, и последующие несколько месяцев мы учили его, как можно вызывать другие галлюцинации, как расслабляться во время галлюцинаций и как вызывать успокоительные галлюцинации. Постепенно мы вели его от крайне пугающих и неуправляемых галлюцинаторных процессов к более спокойным и повышающим чувство собственной ценности, а затем — к прекращению галлюцинаций вообще. Научившись владеть своей способностью галлюцинировать, он стал поддаваться дополнительной терапии со стороны лечащего психиатра.
Подводя итоги, можно сказать, что психотики обычно привязаны к вызывающей отрицательные переживания «гипнотической реальности», что делает их неуязвимыми для обычных видов воздействия. Поэтому для достижения эффекта гипнотерапевтические стратегии должны применяться к этим уникальным реальностям и утилизировать их. Наведение транса обычно неуместно, особенно на первых порах, однако необычные приемы утилизации транса, используемые с учетом ситуации, могут вызывать значимые изменения. Следует, однако, отдавать себе отчет в том, что такие изменения окажутся в лучшем случае временными, если не установить и не поддерживать интенсивного взаимодействия. Поэтому, применяя эти принципы, неизменно приходится потратить немало времени и усилий, чтобы достигнуть успехов в лечении таких больных»[3,с.394-397].

Литература:
1. Жмуров В.А. Большой толковый словарь терминов психиатрии.Элиста: ЗАОр «НПП «Джангар», 2010.
2.Психология общения. Энциклопедический словарь/под общ. ред. А.А. Бодалева. М.:Когито-Центр»,2011.
3. Терпевтические трансы. Руководство по эриксоновской гипнотерапии. М.: Психотерапия, 2011.
4. Ясперс К. Общая психопатология М. Практика, 1997.

Психоз
Материал из Википедии — свободной энциклопедии

У этого термина существуют и другие значения, см. Психоз (значения).
Психоз (др.-греч. — душевное расстройство; — душа, рассудок, и — нарушенное состояние) — явно выраженное нарушение психической деятельности, при котором психические реакции грубо противоречат реальной ситуации (по И. П. Павлову), что отражается в расстройстве восприятия реального мира и дезорганизации поведения.

Классификация
Психозы классифицируют по их происхождению (этиологии) и причинам (патогенетическим механизмам развития) на эндогенные (в том числе к эндогенным психозам относятся шизофрения, шизоаффективное расстройство, психотические формы аффективных расстройств), органические, соматогенные, психогенные (реактивные, ситуационные), интоксикационные, абстинентные и постабстинентные.
Кроме того, психозы классифицируют по ведущей клинической картине, по преобладающей симптоматике (синдромальная классификация) на параноидальные, ипохондрические, депрессивные, маниакальные и др., включая комбинации (депрессивно-параноидный, депрессивно-ипохондрический и т. д.).

В психоанализе
С точки зрения Зигмунда Фрейда, психоз — это одно из трёх возможных нарушений структуры психического аппарата, наряду с неврозом и перверсией.
Первоначально Фрейд противопоставлял невроз и психоз, в статье 1923 года говоря, что «невроз — это результат конфликта между Я и Оно, тогда как психоз — это аналогичный исход такого же нарушения в отношениях между Я и внешним миром». Хотя уже в следующем 1924 году он писал, что «и невроз, и психоз — это выражение протеста Оно против внешнего мира». (См. его труд «Утрата реальности при неврозе и психозе»)
В последнее десятилетие своей работы Фрейд понял, что формирование психической структуры не так тривиально и не является производным просто от типа конфликта, а клинический опыт Фрейда привёл его к необходимости описания трёх психических структур, что он и сделал в 1938 году, говоря о трёх механизмах: отказе, отрицании и отбрасывании.
В аналитической психологии точки зрения Карла Густава Юнга, психоз — это затопление индивидуального сознания архетипическими бессознательными содержаниями. В современной аналитической психологии симптомы рассматриваются не как свидетельства болезни или отклонение от нормы, а как послания бессознательного на символическом языке, требующие решения актуальной для индивида проблемы. Часто сами симптомы, будучи рассмотрены символически, содержат указание на суть этой проблемы и возможное направление решения или развития. Патологические проявления, таким образом, имеют своей целью дополнение в чём-то ограниченной или ущербной сознательной установки до целостности.
Генетическая обусловленность некоторых психозов
Развитие медицины привело к осознанию того, что множество редких генетических синдромов и заболеваний могут быть ошибочно приняты за исключительно психическое расстройство. Предпринимаются попытки систематизировать накапливаемую информацию с целью более точной дифференциальной диагностики. Так, в одной статье 2008 года представлено 62 генетических заболевания, при которых может развиться психоз в детском или раннем взрослом возрасте: из них 18 можно диагностировать «с ходу» по яркому фенотипу пациентов, 17 ассоциированы с умственной отсталостью, для 45 характерны выраженные неврологические признаки. Тем не менее, отмечается, что 34 заболевания из этого списка могут дебютировать без ярких характерных признаков, что создаёт риск ложной диагностики.

Психоз
Материал http://www.psychologos.ru/articles/view/psihoz
Психо́з (психотическое расстройство) — это собирательное название группы разнородных психических расстройств, сопровождающихся продуктивной психопатологической симптоматикой — бредом, галлюцинациями, иллюзиями,псевдогаллюцинациями, деперсонализацией, дереализацией и др.
Психозы классифицируют по их происхождению (этиологии) и причинам (патогенетическим механизмам развития) на эндогенные (в том числе к эндогенным психозам относятся шизофрения, шизоаффективное расстройство, психотические формы аффективных расстройств), органические, соматогенные, психогенные (реактивные, cитуационные), интоксикационные, абстинентные/пост-абстинентные.
Кроме того, психозы классифицируют по ведущей клинической картине, по преобладающей симптоматике (синдромальная классификация) на параноидные, ипохондрические, депрессивные, маниакальные и мн.др., включая комбинации (депрессивно-параноидный, депрессивно-ипохондрический и т. д.).
В быту психо́зом могут также называть любое отклонение поведения человека от того, что принято за норму в данном социуме, например, психоз любви.

определение психотика по The Free Dictionary

Употребление каннабиса и риск психотических или аффективных последствий для психического здоровья: систематический обзор. «Эти пилотные программы могут изменить жизнь молодых людей, у которых был первый психотический эпизод», — сказала Шери Доусон, RN, директор департамента здравоохранения Отдел поведенческого здоровья департамента, в пресс-релизе. Было опрошено более 4000 18-летних, и из 185 человек, переживших четыре или более переезда в школу, почти у десяти процентов развился хотя бы один психотический симптом.Сводка: «Раннее выявление, паллиативная помощь и профилактика психотических расстройств у детей и молодежи» — совместная работа Мэри Николс, Сюзанн Баттон, Кэтрин Хупл и Лоры Лаппан. Потенциал антипсихотических препаратов в предотвращении рецидива шизофрении был хорошо задокументировано за последние 50 лет. 2. Половина ранее сообщала о психотических переживаниях, таких как слышимость голосов. В исследовании 141 ребенка, родители которого страдали биполярным расстройством, большим депрессивным расстройством или шизофренией, 62.5% детей и молодых людей, принимавших стимуляторы, испытали психотические симптомы, по сравнению с 27,4% тех, кто никогда не принимал стимуляторы (Педиатрия. Передовые эпидемиологические методы, упомянутые Беббингтоном, помогли выявить широкий спектр проявлений значительного психологического стресса. у людей с психотическим расстройством. отцы невротических и психотических детей дали оценку X2, равную 3,26, что сделало его незначимым из-за доли разницы, поскольку требовалось X2 3,84, чтобы сделать его значимым на уровне P больше, чем.05. Психотические черты включают галлюцинации и бред и могут быть предвестниками психотических расстройств. В этой статье предлагается, чтобы в этом свете человек видел психотические эпизоды такими, какими они могут быть: механизмом справиться с экзистенциальным дистрессом — способом существования это позволяет человеку избежать экзистенциальных реальностей, когда он не может избежать этого иначе. Люди, которые могут слышать и видеть вещи, которых нет, могут иметь симптомы психоза, более известные как психотические расстройства.,

Simple English Wikipedia, бесплатная энциклопедия

Психоз — это название, используемое в психиатрии для ряда состояний. Говорят, что люди, страдающие психозом, составляют психотиков . Обычно психотики теряют связь с реальностью , им трудно сказать, что реально, а что нет. Это крайний вид измененного состояния сознания.

Слово «психоз» состоит из двух частей. Первая часть происходит от слова «психе», что на древнегреческом означает «душа».Вторая часть — это окончание «-озис», что означает болезнь или неестественное состояние . Итак, буквально психоз означает неестественное состояние души .

У людей с психозом могут быть галлюцинации, что означает, что они могут испытывать то, чего на самом деле нет. У них также могут быть заблуждения, которые представляют собой фиксированные убеждения и идеи, которые обычно ложны. Иногда их личность меняется, и они не могут ясно мыслить. Некоторые из этих мыслей могут быть параноидальными. Не у каждого психотика есть все эти проблемы.

Из-за этого психотики часто действуют странным образом, что также затрудняет им нормальную жизнь как часть общества. У них часто возникают проблемы с дружбой, поскольку большинство людей их не понимают.

Психоз может поражать людей в разной степени. Некоторые люди могут в основном вести нормальную жизнь, в то время как другим потребуется медицинская помощь.

Около 1% людей в течение жизни страдают психозами. [ источник? ]

Есть много вещей, которые могут заставить кого-то казаться психотическим.К ним относятся яды, лекарства, болезни нервной системы и другие болезни. По этой причине некоторые люди используют изображение лихорадки центральной нервной системы, чтобы говорить о психозе — серьезном заболевании, которое может не иметь очень подробного объяснения. [1] [2]

Многие люди пережили необычные переживания, которые, по их мнению, реальны. Галлюцинации, связанные с религией или паранормальными явлениями, кажутся довольно распространенными. [3] [4] Очень часто эти переживания нельзя назвать психозом в медицинском смысле этого слова.По этой причине некоторые люди говорят, что психоз может быть просто крайним случаем того, что переживает большинство. [5] Люди, которые страдали от того, что можно было бы назвать психозом , возможно, просто пережили очень сильные или мучительные переживания.

В фильмах и средствах массовой информации в целом некоторых людей, которые изображаются агрессивными и антиобщественными, иногда называют психотиками . Этот образ психоза неверен, изображенные люди обычно психопаты или социопаты, у них обычно нет галлюцинаций или бреда.

Психоз чаще всего связан с шизофренией, биполярным расстройством, депрессией, наркоманией и повреждением головного мозга, но может быть вызван целым рядом состояний.

Психоз — это не болезнь, а скорее название ряда симптомов, которые могут быть вызваны разными заболеваниями и состояниями. Вообще говоря, есть два типа причин психоза:

  1. В некоторых случаях психоз может быть напрямую связан с причиной. Вот некоторые из причин:
    • Повреждение головного мозга, опухоли.
    • Незаконное употребление (или злоупотребление) определенными наркотиками; например амфетамины, кокаин или алкоголь [6]
    • тяжелый психосоциальный стресс
    • Недостаток сна [7] [8] [9] Это не проблема для большинства людей, так как они будут испытывать галлюцинации только незадолго до сна или вскоре после пробуждения, что считается нормальным явлением. [10]
    • Некоторые формы эпилепсии
    • воздействие какого-либо травмирующего события (насильственная смерть, террористическая деятельность и т. Д.))
    • Некоторые принимаемые лекарства нельзя просто прекратить с одного дня на другой, их нужно прекратить определенным образом, обычно с помощью врача. Если это не сделать правильно, может возникнуть психоз.
    • Различные психические заболевания (среди них шизофрения, биполярное расстройство, клиническая депрессия)
    • Другие болезни (среди них сифилис, болезнь Альцгеймера, болезнь Паркинсона, СПИД, малярия и проказа)
  2. Есть определенные случаи, когда люди страдают психозом, когда причина психоза не ясна.В этих случаях причины обычно не известны. Текущие исследования показывают, что некоторые из этих психозов могут быть связаны с генетическими факторами или с определенными событиями во время беременности матери или раннего детства человека, страдающего психозом. Первый эпизод психоза может быть спровоцирован стрессом.

Большинство психозов поддается лечению, так что страдающие от них могут вести нормальную жизнь. Лечение зависит от причины психоза. В общем, доступны две разные формы лечения:

  1. Цуанг, Мин Т.(Июль 2000 г.). «К переформулировке диагноза шизофрении». Американский журнал психиатрии . 157 (7): 1041–1050. DOI: 10,1176 / appi.ajp.157.7.1041. PMID 10873908.
  2. DeLage, J. (февраль 1955 г.). «[Умеренный психоз, вызванный паротитом у ребенка девяти лет.]». Лаваль Медикал . 20 (2): 175–183. PMID 14382616.
  3. Tien AY (декабрь 1991 г.). «Распространение галлюцинаций среди населения». Социальная психиатрия, психиатр, эпидемиология . 26 (6): 287–92. PMID 1792560.
  4. van Os J, Hanssen M, Bijl RV, Ravelli A (сентябрь 2000 г.). «Повторное посещение Штрауса (1969): континуум психоза среди населения в целом?». Schizophr. Res . 45 (1–2): 11–20. PMID 10978868. CS1 maint: несколько имен: список авторов (ссылка)
  5. Джонс, Луиза К. (2001). «Непрерывность психотических переживаний в общей популяции». Обзор клинической психологии . 21 (8): 1125–41. DOI: 10.1016 / S0272-7358 (01) 00103-9. PMID 11702510. Проверено 19 августа 2006 г.
  6. Tien AY, Anthony JC (август 1990). «Эпидемиологический анализ употребления алкоголя и наркотиков как факторов риска психотических переживаний». J. Nerv. Мент. Дис . 178 (8): 473–80. PMID 2380692.
  7. Шарма, Вериндер (апрель 2003 г.). «Недосыпание и послеродовой психоз». Биполярные расстройства . 5 (2): 98–105. DOI: 10,1034 / j.1399-5618.2003.00015.x. PMID 12680898. Проверено 27 сентября 2006.
  8. Чан-Обь, Т. (сентябрь 1999 г.). «Медитация в связи с психозом». Журнал Медицинской ассоциации Таиланда . 82 (9): 925–930. PMID 10561951.
  9. Девиллиер П. (май — июнь 1996 г.). «[Заблуждение и недосыпание]». L’Encéphale . 22 (3): 229–31.
  10. Охайон, М.М. (октябрь 1996 г.). «Гипнагогические и гипнопомпические галлюцинации: патологические явления?». Британский журнал психиатрии . 169 (4): 459–67. DOI: 10.1192 / bjp.169.4.459. PMID 8894197. Проверено 21 октября 2006 г.
,

Комментировать

Ваш адрес email не будет опубликован.